townieСкачать townie

Событие в городе

Эпоха Помпадур: музыка, живопись, театр

Москва

Когда
9 декабря 2026, 20:00
Где
Москва, ул. Волхонка, д. 12; вход со стороны Колымажного переулка

«Декабрьские вечера Святослава Рихтера» представляют французский ансамбль барочной музыки La Réjouissance (художественный руководитель и дирижер – Стефано Интриери). В 2006 ансамблю было доверено музыкальное и хореографическое оформление фильма «Жанна Пуассон, маркиза де Помпадур» на телеканале France 2; работе предшествовало историческое исследование. Опыт этого проекта во многом определил программу «Эпоха Помпадур: музыка, живопись, театр», в центре которой — музыка, звучавшая при дворе Людовика XIV и Людовика XV, в парижских салонах, театрах и на духовных концертах. Исторический период с конца XVII до середины XVIII века — время перехода от культуры «Великого века» (Grand Siècle) к галантно-театральному мироощущению рококо. Со смертью Людовика XIV в 1715 году королевский двор оставил Версаль, и в течение последующих семи лет — до возвращения в 1722 году — музыкальная жизнь, прежде сосредоточенная главным образом при дворе, стала интенсивно развиваться в Париже. Когда официальная фаворитка короля Людовика XV, маркиза де Помпадур, была одной из главных законодательниц вкуса и ведала всеми придворными приемами и увеселениями, здесь звучала музыка Франсуа Куперена, Андре Кампра, Антуана Форкре, Луи-Николя Клерамбо и Николя Рако де Грандваля. *** Программу открывает Сюита № 1, («Французская») из цикла «Нации» Франсуа Куперена (1668–1733), определившего музыкальное развитие Франции в эпоху рококо. Произведение имеет жесткую, рациональную опорную конструкцию, оригинальную форму, изысканную окраску и в целом представляет собой яркое воплощение концепции Les Goûts Réunis («Объединенные вкусы») — попытки Куперена слить воедино противоборствующие музыкальные направления, примирить последователей Арканджело Корелли и Жана-Батиста Люлли. Андре Кампра (1660–1744) — выдающийся мастер духовной и театральной музыки. Его мотет Salve Regina на текст известного богородичного антифона XII века раскрывает изящество французского вокального письма, которое сочетает силу выражения с чувством меры и формы: Кампра соединил строгую французскую традицию с итальянской эмоциональностью и мелодичностью. В эпоху Помпадур такие мотеты звучали в парижских церковных и духовных концертах, становясь частью общей музыкальной атмосферы времени. Две пьесы Антуана Форкре (1672–1745), прославленного гамбиста-виртуоза, состоявшего на службе при дворах Людовика XIV и Людовика XV, подхватывают «национальную тему», заявленную в начале концерта. Они принадлежат к жанру pièces de caractère и контрастны по настроению. Аллеманда, посвященная современнику композитора, одному из представителей влиятельной французской династии ла Борд, — традиционный степенный немецкий танец-шествие; «португальская» пьеса написана как бурная сарабанда. Мода на «португальский стиль» распространилась во Франции после анонимной публикации романа «Португальские письма» (Les Lettres portugaises, 1669), насыщенного всепоглощающей страстью, — видимо, композитор отдал дань всеобщему увлечению. Современники говорили, что если его соперник Марен Маре играл «как ангел», то Форкре — «как дьявол», и La Portugaise считали «дьявольски сложной». Точная дата написания пьес неизвестна; его музыка дошла до нас прежде всего благодаря сыну — Жан-Батисту Антуану Форкре (1699–1782), который в 1747 году издал пять сюит отца в двух версиях: для виолы да гамба с basso continuo и в собственной транскрипции для клавесина. 1747 год — самое сердце эпохи маркизы де Помпадур; подобные сочинения могли звучать в ее салоне, в кругу ценителей музыки. Кульминация программы — пастиччо «Орфей» по кантатам Луи-Николя Клерамбо (1676–1749) и Николя Рако де Грандваля (1676–1753), в котором фрагменты серьезного сочинения чередуются с пародирующими их эпизодами. Клерамбо, тонкий мастер и один из ярчайших представителей жанра французской кантаты рубежа XVII–XVIII веков, трактует миф об Орфее в лирико-драматическом ключе. Грандваль, иронично усмехаясь, разоблачает «высокие чувства». Уважаемый музыкант, органист парижской церкви Сент-Эсташ, он испытывал тягу к театру, выступал как драматург и композитор, причем из всех жанров отдавал предпочтение комедии и бурлеску (среди его сочинений — комедия Le Pot de chambre cassé («Разбитый ночной горшок»). И над Клерамбо он издевался особенно охотно. Возвышенное сочинение Клерамбо завершается проникновенной «нежной арией» (air tendre), в которой Орфей умоляет богов Аида сжалиться над ним. В финале кантаты Грандваля Орфей, навеки потерявший Эвридику, с облечением осознает, что наконец-то избавился от надоевшей жены и может вернуться к свободной холостяцкой жизни. Сопоставление двух версий античного мифа позволяет увидеть, как один и тот же сюжет преображался во французской музыкальной культуре в зависимости от жанрового регистра и контекста эпохи — той эпохи, когда французская кантата была неотъемлемой частью салонного музицирования, а маркиза де Помпадур — одной из ее вдохновительниц.

Страница организатора